• ЭКСКЛЮЗИВ

      
    Может ли Азербайджан быть втянутым в войну против ИГИЛ?  
     Экс-глава афганской спецслужбы в гостях у Azeri.Today 

      07 Августа 2017 - 16:43 

        1676   



       Сеймур Мамедов
      журналист-международник

      Информационно-аналитический сайт Azeri.Today продолжает рубрику «Беседы со спецслужбами». В рамках рубрики читатели смогут прочитать интервью с директорами, экс-директорами, бывшими высокопоставленными офицерами спецслужб мира на тему угроз национальной безопасности стран, международного терроризма, противостояния между спецслужбами и государствами.

      Сегодняшний гость Azeri.Today – Рахматулла Набил – экс-глава Национального управления безопасности Афганистана (2012-2012 г.г. и 2013-2015 г.г.), бывший заместитель советника по национальной безопасности президента Афганистана, основатель Службы защиты президента.

      - Господин Набил, в первую очередь, хотим вас поблагодарить за то, что согласились дать интервью нашему сайту. Вы дважды возглавляли Национальное управление безопасности Афганистана (2012-2012 г.г. и 2013-2015 г.г.). Почему за 39 лет Афганистан из арены междоусобных войн так и не смог превратиться в зону стабильности? Какие силы были заинтересованы в дестабилизации обстановки в стране?

      - Чтобы лучше понять сложную ситуацию в Афганистане, я разделил бы обстоятельства в Афганистане с 2001 года по настоящее время на четыре этапа. А): Фаза успеха; б): Фаза небрежности; в): Фаза страха и надежды; г): Фаза отчаяния.

      Фаза успеха (2001 - 2004/2005). После разгрома Советского Союза и краха режим Мохаммада Наджибуллы, Афганистан превратился в плацдарм нескольких национальных, региональных и международных террористических сетей. После трагической атаки 11 сентября 2001 года мир вновь обратил внимание на Афганистан и благодаря Боннскому процессу, хотя он и не был идеальным механизмом, сформировалось постталибское правительство, которое было широко одобрено международным сообществом. В тот период Афганистан снова стал домом для почти всех афганцев. Афганистан вышел из дипломатической изоляции и возобновил свои отношения с миром, он принял новую конституцию, были проведены президентские и парламентские выборы. Региональное и международное согласие и сотрудничество в Афганистане значительно расширились. Хотя Бен Ладен хотел начать нападения из Афганистана, что могло бы вызвать столкновение цивилизаций, в конце 2001 года Афганистан вновь стал платформой для международного сотрудничества. Войска из многих стран были размещены в Афганистане, как и многие международные агентства и организации

      Фаза небрежности (2004/2005 - 2009/2010). США и союзники США по коалиции доброй воли были озабочены конфликтом в Ираке, который отвлек внимание и ресурсы от Афганистана. Более того, многие страны НАТО не были согласны с США в отношении конфликта в Ираке, и чем больше США пытались превратить конфликт в Ираке в «глобальную войну с терроризмом», тем сложней становилось европейцам сотрудничать с  американцами. Таким образом, несколько ключевых союзников по НАТО выступили против своего участия в Афганистане, что ограничило их военную роль. Одновременно были сокращены инвестиции в Афганистан. Вместо инвестиций в строительство, больше внимания уделялось инвестициям в личности, многие из которых были частью кризисных ситуаций в прошлом и ранее не помогали Афганистану. Появление этой неопределенной ситуации позволило вновь предоставить Пакистану возможность перегруппировать талибов и другие террористические сети, базирующиеся в Пакистане, предоставить им поддержку и убежище. Возобновление необъявленной войны в Пакистане через доверенных лиц в Афганистане создало очень напряженную ситуацию в области безопасности и нестабильности.

      Фаза опасений и надежды» (2010 - 2014). Когда Обама занял пост президента, он вновь обратил внимание США на Афганистан. Он увеличил численность американских войск до 100 000 человек, а вклад в афганские национальные силы безопасности и обороны (ANDSF) стал первоочередной задачей. Бен Ладен был убит в Пакистане, число бойцов «Аль-Каиды» в Южной Азии значительно сократилось, а Талибан был вытеснен с большей части территории Афганистана. Тем не менее, эти достижения были нивелированы календарной политикой США, согласно которой президент Обама объявил о выходе американских войск. Это привело к усилению атак Талибана и росту количества повстанцев. Дело не в мужестве, так как многие члены афганской службы безопасности храбро сражались и жертвовали своей жизнью, это была просто проблема отсутствия надлежащего оборудования. Отсутствие надлежащего анализа ситуации на местах, игнорирование террористических святилищ в Пакистане, поддержка  «Талибана», сетей Хаккани (HQN) и других террористических групп Пакистаном также усугубляли. Наконец, дефицит доверия между американскими и афганскими лидерами, возникший после афганских выборов 2009 года, также вызывал опасения и надежду в Афганистане.

      Фаза отчаяния (с 2014 г. до настоящего времени). В течение 2014 года в Афганистане шел длительный и напряженный спор о результатах выборов, который завершился формированием правительства национального единства в  при посредничестве госсекретаря Керри. В то время, как афганские силы безопасности были заняты подготовкой и обеспечением безопасности двух раундов выборов по всей стране, Пакистан проводил операцию «Зарб-и-Азб» в Северном Вазиристане и обеспечил переход большинства террористических сетей, включая ИМУ, ЭТИМ, Юнд-Улла, Джунд-уль- Халифа и других террористических групп из Пакистана в Афганистан. Пакистан также усилил поддержку афганским талибам в целях активизации своей деятельности в Афганистане. 

      Усугубляет ситуацию тот факт, что с самого начала "правительство единства" погрязло в спорах и политической борьбе, в результате чего они уделяли меньше внимания безопасности и стабильности Афганистана и больше внимания уделяли укреплению своей власти или позиций на основе очень узких этнических и политических интересов. Важно отметить, что эти противоречивые стратегии, исходящие от "правительства единства" в такой стране, как Афганистан, с пестрым этническим, географическим, лингвистическим и сектантским составом, имеют серьезные долгосрочные риски для гармонии и национального единства. Они также создают благодатную почву для утверждения полномочий бесполезных элементов в регионе, основываясь на узкой этнической повестке. Афганцев преследуют  воспоминания 1990-х годов, в которых политическая нестабильность и борьба, основанная на узкой повестке дня, привели к жесткому внутреннему конфликту и региональной опосредованной войне, что привело к событиям, которые повлекли за собой трагедию 11 сентября. В настоящее время отсутствие ясности, отсутствие обязательств и отсутствие видения являются причиной большой озабоченности и беспокойства среди афганских граждан.

      - Насколько сегодня сильны позиции талибов в Афганистане?

      - Несмотря на то, что Талибан контролирует больше территорий в сельской местности по сравнению с предыдущими годами, тем не менее, он  также понес многочисленные поражения от афганских сил безопасности. Кроме того, Талибан ослабляют убийства некоторых из их лидеров в Пакистане. Также возникли некоторые внутренние фракции, достигающие какого-то успеха не из-за своей популярности или силы, а из-за слабости афганского правительства и занятости руководства личными делами. Надеемся, что эти противоречия внутри "правительства единства" не перейдут в афганские силы безопасности, поскольку это будет иметь очень серьезные последствия для боевого потенциала афганских сил.

      - ИГИЛ и Талибан создают очень напряженную ситуацию на афгано-туркменской границе. Какие цели преследуют религиозные экстремисты в Центральной Азии, в частности, в Туркменистане?

      - Я думаю, что создание напряженной ситуации на афгано-туркменской границе и вдоль остальной части северных границ Афганистана носит скорее тактический характер. Талибан и его союзники стремятся убедить соответствующие страны региона оказать поддержку талибам и считать их силой, которая будет противодействовать ИГИЛ, что является ложным сценарием, поскольку у группы Талибан и ИГИЛ в Южной Азии одно и то же юридическое лицо, защищающее их. Это пакистанские военные. Этот сценарий также снижает давление на Пакистан со стороны международного сообщества.

      - Как вы думаете, могут ли ИГИЛ и Талибан проникнуть в страны Центральной Азии?

      - Нет, не думаю. В настоящее время ИГИЛ сталкивается, по крайней мере, с пятью препятствиями. 1) Афганские силовые структуры противостоят им очень мужественно; 2) Существуют религиозные разногласия -  ИГИЛ является последователями салафизма, а афганцы в основном являются последователями ханафитов; 3) Некоторые талибы обычно не хотят конкуренции со стороны других групп; 4) Афганские традиции не одобряют тактику, применяемую ИГИЛ. 5) В Афганистане также присутствуют объединенные группировки. Но, если международное сообщество не обратит внимание на текущую ситуацию в Афганистане, возможно, что дальнейшее ухудшение хрупкой безопасности и политической ситуации может подготовить почву для захвата больших территорий движением Талибан и его сторонниками. В этом сценарии будет создано пространство для процветания этих групп, открытия учебных лагерей и их доступа к ресурсам от торговли наркотиками. Под этим могут подразумеваться региональные и международные террористические группы и экстремистские боевики, такие как ИГИЛ, которые могут привести к ухудшению ситуации, даже по сравнению с ситуацией, повлекшей события 11 сентября.

      - Как можно победить все эти террористические организации?

      - Афганистан и международное сообщество, то есть те, кто заинтересован в безопасности и стабильности Афганистана, смогут победить, но мы должны сосредоточиться на следующих краткосрочных, среднесрочных и долгосрочных целях.

      Борьба с плацдармом террористов и источниками их финансирования в Пакистане, помощь Афганистану в формировании политической стабильности, война с терроризмом от обороны до наступления, оказание поддержки / содействия афганским силам обороны и безопасности, продвижение регионального и международного согласия вместо недоверия и сеяния опосредованных войн. И, наконец, оказание помощи Афганистану в использовании имеющихся у него возможностей для экономической самоокупаемости.

      - Бытует мнение, что ИГИЛ планирует дестабилизировать Кавказский регион. Может ли Азербайджан быть втянутым в войну против ИГИЛ?

      - Если ИГИЛ потерпит поражение в Сирии и Ираке, то они могут попытаться найти новые географические возможности и места. Сложный ландшафт Афганистана,  торговля наркотиками и ресурсы, которые он генерирует, уровень поддержки экстремизма и экстремистских групп со стороны пакистанских военных и неофициальных групп, ухудшение ситуации в области безопасности в Афганистане могут привести к возникновению очень сложной ситуации в области безопасности в регионе, что также может повлиять и на другие страны, включая Азербайджан.

      - Позвольте вас спросить о Нагорно-Карабахском конфликте. Как вам известно, Армения оккупировала 20% азербайджанских территорий – Нагорный Карабах и 7 прилегающих к нему районов. Каким вы видите урегулирование Карабахского конфликта?

      - Да, я знаю о давнем конфликте по вопросу Нагорного Карабаха между Азербайджаном и Арменией. Я думаю, что обе страны с помощью ключевых региональных и международных посредников должны попытаться найти конструктивные пути, основанные на взаимной заинтересованности в достижения мирного урегулирования путем переговоров. Обе страны должны признать важность двусторонних переговоров между двумя сторонами, непосредственно вовлеченными в конфликт, и ни одна из двух стран не должна участвовать в опосредованных войнах. Между тем, страны региона, а также США и Россия должны обеспечить долговечность согласованного мирного решения по Карабаху.

      Источник: Azeri.Today

      Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter



        ПОДЕЛИТЬСЯ  





        САМЫЕ ЧИТАЕМЫЕ